Исподволь и вдохновенно рождались поэмы Довженко. В съёмочных группах у него, как правило, работали люди, заражённые его одержимостью, энтузиасты-подвижники. Они знали, что им не раз придётся оставаться без зарплаты, выслушивать неприятности от начальства, ведь Довженко не всегда мог укладываться в установленные нормы. Но люди шли за ним, подолгу ждали его очередного фильма. Одним из таких энтузиастов был и оператор Гога Егиазаров, снимавший вместе с Довженко «Поэму о море», посмотреть фильмы режиссета Довженко можно на кино-портале http://the-smurfs.ru/.
Уже тяжело больной, Довженко не страшился смерти. Незадолго до кончины, любуясь из окна своей квартиры девушкой, расчищавшей на улице снег, он говорил мне: «Посмотрите на неё, на её движения, на её силу и грацию — какая красота заложена в человеке!» В то время Довженко обвиняли в пессимизме, в том, что в его фильмах было много смертей, не видя того, что «светлые» смерти эти оставляют, как солнце, своё вечное тепло. Выступая на Втором Всесоюзном съезде писателей, Довженко так ответил своим обвинителям, псевдооптимистам от искусства: «Если при первом полёте на Марс любимый мой брат или сын умрет в мировом пространстве, я буду плакать по ночам в своём саду, приглушая шапкой рыдания, чтобы не вспугнуть соловья с цветущей яблони, под которой будут целоваться влюблённые».
Настоящее, близкое знакомство с Довженко оставило в памяти моей неизгладимый след, и я хотел бы рассказать о нём. После окончания киноинститута я приехал работать в Армению. В сценарном портфеле Ереванской киностудии лежал сценарий Григория Павловича Чахирьяна «Домик в горах» — детективная повесть о попытке одной из иностранных разведок проникнуть в тайны открытий Бюраканской обсерватории. Сценарий нуждался в доработке. Тогдашний директор студии Степан Агабекович Кеворков, бывший ассистент Довженко, отправил меня к Александру Петровичу в Москву с просьбой доработать сценарий.
С робостью переступил я порог дома Довженко. Принял он меня, прямо скажу, неласково. Только через несколько дней у нас установились непринуждённые отношения. Познакомившись со сценарием, Александр Петрович заявил, что в сценарии не ощущается хорошего знания Армении. Слышать такое от Довженко, который никогда не бывал в Армении, было для меня по меньшей мере странным. В последующие дни Александр Петрович рассказывал мне взволнованно и поэтично историю Армении, читал наизусть стихи средневековых армянских поэтов.
Оказалось, что, работая над текстом документального фильма «Страна родная», который ему заказала Ереванская киностудия, он увлёкся историей Армении, её искусством. Довженко очень любил Армению, ни разу не видя её. Он мечтал приехать к нам. На декаде армянского киноискусства в Москве он приветствовал армянскую делегацию. Седой Довженко сказал, что низко кланяется земле армянской, давшей миру Маштоца, Нарекаци и Терьяна, Чаренца и Спендиарова, Хачатуряна и Сарьяна. «Если б не было Украины, — сказал он, — я больше всего любил бы вашу землю.».
Выражаем признательность интернет-порталу samuithailand.net за использованные материалы и полезные материалы, которые послужили исходными данными для написания предоставленной статьи. Автор статьи Рачья Вардересян, режиссер Ереванского театра Сатиры - "ЕреванСтудия".
