Отшельник

Тусклый утренний свет слабо пробивался сквозь небольшое окно. Игорь сидел на корточках перед печкой. Дрова сложены в топку, на еще теплую золу так, что между ними образовалось что-то вроде амбразуры. В нее Игорь положил пучок смолистых, приятно пахнущих лучинок. Он зажег спичку и поднес к самым тонким щепочкам. На их концах появилось слабое пламя, которое начало распространяться по лучинкам, на все более толстые, лизнуло дрова, и, наконец, уверенно загудело.

Игорь с детства любил смотреть на огонь. Как маленький, способный умереть в любой миг огонек-детеныш постепенно набирается сил, крепнет, и вот, спустя несколько минут, уже молодой сильный уверенный зверь радостно пожирает свою древесную пищу. С детства у Игоря было еще личное суеверие, что когда разжигаешь огонь, чтобы он не погас, нужно смотреть на него. Не подкладывать щепки, или, там, раздувать, это само собой. А именно смотреть на огонь. Если смотришь, он не погаснет.

В этом что-то есть. Разные древние народы, независимо друг от друга, верили, что огонь живой. Средневековые алхимики писали о саламандрах, духах огня. Наука говорит, что огонь это процесс быстрого окисления. Игорь любил науку, но иногда он чувствовал, что она обедняет жизнь. Если смотреть на мир только сквозь очки ученого, из него исчезает часть красоты и поэзии.

Печку Игорь сложил сам. Когда он нашел зимовье, в нем печка была, но очень примитивная. Хоть и кирпичная, но ее хотелось назвать буржуйкой. Зимовать с такой не стоило. Поэтому Игорь решил сложить хорошую, настоящую печь. Таким он никогда не занимался, ну и что, все бывает в первый раз. Сверяясь с книгой, он сложил первый вариант. Печка выглядела солидно. Но дымила. Пришлось сломать и переделать. Доставить кирпичи и чугунную плиту, накопать и натаскать глину, тоже было непросто. Но оно того стоило.

Готовить завтрак не хотелось, поэтому Игорь просто подогрел на плите тушенку. Прямо из банки съел половину, половину оставил на обед. Он оделся, накинул полушубок, вдел ноги в валенки и, прихватив ружье, вышел на улицу. Морозный воздух быстро стал колоть маленькими иголочками лицо. Игорь зашагал в лес. Он шел по своему старому следу. На востоке потихоньку небо становилось ярче. Проверил первую петлю, вторую. Пусто.

Когда Игорь обосновался здесь, он мечтал перейти на полное самообеспечение, чтобы как можно реже навещать город. Все оказалось труднее, чем он думал. Труднее, чем с печкой. Расчистка леса под огород обернулась адской работой. Игорь сумел за лето освободить от деревьев и корней только маленький участок, но так и не успел там что-нибудь посадить. Охота тоже была чаще всего неудачна. Игорь делал все вроде бы правильно, но подстрелить или поймать дичь удавалось редко.

Последний раз Игорю повезло с косулей месяц назад. Он так же обходил петли на зайцев, когда вдруг увидел метрах в двадцати от себя спокойно стоящее животное. Он, не веря своей удаче, медленно снял с плеча ружье, тщательно прицелился и выстрелил. Потом, оскальзываясь в снегу, подбежал к убитой косуле. В тот момент Игорь впервые понял, почему люди охотятся, азарт от добычи был диким, ни с чем не сравнимым. Да и польза оказалась немалой. Мясо было специфическим, не таким вкусным, как, скажем, говядина, но позволило на время отказаться от надоевшей тушенки.

Все петли были пусты. Ну, ничего, утренняя прогулка по лесу само по себе удовольствие. Заменяет зарядку, бодрит и отгоняет дурные мысли. Игорь зашагал веселее, тело разогрелось, кровь побежала быстрее, и захотелось читать стихи.

Прекрасно в нас влюбленное вино
И добрый хлеб, что в печь для нас садится,
И женщина, которою дано,
Сперва измучившись, нам насладиться.

Как там дальше? Игорь стихи любил не особенно, но иногда на него находило настроение, и музыкально построенные слова звучали в голове, вызывая какое-то сладкое чувство.

Впереди показалось зимовье. Игорь вошел. Печка уже заметно согрела воздух, внутри было светло. Заняться до обеда было особо нечем. Игорь посмотрел на грубо сколоченную полку с книгами. Сначала он собирался ее тщательно обстругать, а то и украсить резьбой, но потом махнул рукой. Зачем?

Так, что бы нам сегодня почитать? Ага, Стендаль подойдет. «Городок Верьер, пожалуй, можно назвать одним из самых живописных городов Франш-Конте…». Игорь погрузился в приключения Жюльена Сореля, прерываясь лишь, чтобы подбросить в печь дров, да заварить чая. Что-то в судьбе молодого честолюбивого француза сцепилось с мыслями Игоря, он отложил книгу и задумался.

Он тоже мечтал о карьере и славе. Подающий большие надежды студент, аспирантура, всего через два года защита. Два молодых кандидата, Димка и он, Игорь, без особых проблем, выбивших грант на исследования. Перед ними открывались сияющие перспективы. А потом случилось все это. Научной карьеры у него не будет. Никогда.

Игорь поднялся с лежанки. Нужно было сходить за дровами и заодно выкинуть из головы лишние мысли. Он вышел на улицу, постоял, глядя на небо и деревья. Да, природа умеет лечить все, любые душевные раны. Находясь на природе, человек осознает свою малость в мире, но и чувствует себя частицей чего-то большего, больше чем ты сам и даже все человечество.

Игорь присел за грубо сделанный столик, который находился рядом с зимовьем. Вытащил из кармана полушубка пачку сигарет и закурил. По-зимнему яркий солнечный свет освещал медные стволы сосен. Красиво.
Где-то позади послышались голоса и хруст снега под шагами. Игорь досадливо поморщился. Опять. Он выкинул окурок и, даже не взглянув в сторону шума, подошел к боковой стене зимовья и набрал в охапку дров. Зашел внутрь и с грохотом бросил их перед печкой. Потом присел на лежанку и закурил еще раз.

Гостей не было, и быть не могло. Игорь прочитал немало книг по психологии и знал, что когда человек живет один, то галлюцинации это вещь вполне обычная. Когда это случилось с ним в первый раз, он испугался. Потом привык. К счастью такое случалось редко – психика Игоря была на редкость уравновешенной.

Он сварил гречку и перемешал с тушенкой. Вот и обед. Чем бы заняться? Можно было читать дальше, но Игорь решил, что нужно что-нибудь сделать руками. Пойти, повалить деревья на участке? В самый раз, и работа на будущее, и дров заготовит заодно. Правда дрова придется таскать далеко, ну, не беда. Тяжелый физический труд штука полезная для здоровья, и физического, и душевного. Игорь посмотрел на радиоприемник. Может, послушать? Нет, завтра. Или послезавтра.

Вечером тело ныло от усталости, но на душе было спокойно. Игорь зажег керосинку и продолжил читать о приключениях Жюльена Сореля. Потом уснул.

Проснулся от того, что на лежанке кто-то сидел. Игорь не боялся, несмотря на темноту, он знал, кто это.

-Зайчик, миленький. Ты зачем сюда спрятался? Я тебя еле нашла. Не покидай меня больше, глупыш. Ты совсем тут одичал. Я тебя люблю.
-Я тебя тоже люблю, Маша.

***

Игорь проснулся, когда уже было совсем светло. Еще один день. Печка, обход ловушек, обед, что-нибудь еще. К чертовой матери, не сегодня!

Сегодня он достанет припрятанную бутылку водки и напьется. Потом будет еще хуже, ну и пусть. Игорь посмотрел на часы. Двенадцать. Воспитанные люди до обеда не пьют. Ха! Вообще-то, как раз, дров натаскает, снегу натопит. Чтобы потом с этим не париться. Сварить надо что-то сытное, вот и послеобеденное время наступит.

Так, все готово. На стол он поставил немудрящую закуску, бутылку и кружку. Налил сразу побольше, и, выдохнув, выпил. Обжигающая жидкость согрела желудок. Волны тепла начали распространяться по телу, медленно затуманивая голову.

Последняя бутылка водки, сигареты заканчиваются. Да и продукты надо бы пополнить. Все равно, когда-никогда в город придется ехать.

***

Игорь не хотел ехать в город, потому что там никого не было. Вообще никого. Все началось три года назад. Эпидемия. Поначалу казалось, что человечество справится. До этого всегда получалось. Да и смертность сначала была невысокой, но постоянно росла. Каждый раз казалось, что новая прививка, или карантинные меры, все более жесткие, спасут положение. Но люди продолжали умирать. Все больше и больше. Государство пыталось сплотить общество, действуя все более диктаторскими средствами. Но слабело и распадалось. Потому что государство это люди. А их стало слишком мало.

Наконец, цивилизация исчезла. Выжившие вели себя по разному. Кто-то пытался, обложившись запасами, спасти свою жизнь, ни с кем не контактируя. И умирали. Другие сбивались в группы, пытались наладить нормальную жизнь. Они тоже умирали. Третьи сколачивали банды и убивали все более редеющих других выживших, как будто бы служа демону эпидемии. В конце концов, умерли и они.

Умерли коллеги Игоря, его знакомые, родители. Умер Димка. Умерла Маша. Игорь остался один. Ему удалось выжить в хаосе распадающегося мира. Он тысячу раз задавал себе вопрос, почему он сам не умирает, и не находил ответа. Однажды он понял, что живет в полностью пустом городе. До этого живя полностью замкнуто, он осознал, насколько ему хочется с кем-то поговорить, неважно с кем. Он объездил соседние города. Никого. Абсолютно пустые улицы и дома. Ехать дальше Игорь не захотел. Нужно оставить себе надежду на будущее.

Жить в пустом городе, среди всего, что построили люди, было невыносимо. Игорь вспомнил о мечте, которая иногда его посещала раньше. Здорово было бы пожить отшельником в лесу. Игорь был из деревни, в городе, тоскуя по природе, он летом все время вырывался в поход. Поэтому он не боялся жить на природе. Наоборот, там можно представить, что ты сам добровольно сюда приехал. Что в любой момент можешь вернуться к людям, но пока не хочешь.

Игорь нашел подходящую местность, наткнулся на зимовье и начал обживаться. Природа и простые хлопоты действительно помогли выбросить весь ужас ситуации из головы. Нужно было все-таки попытаться найти еще кого-нибудь, ведь не может быть, что он один человек на континенте с иммунитетом. Он так и сделает. Весной. Летом. Когда-нибудь.

***

Игорь допил водку. Нужно ложиться, поспать. Завтра, или послезавтра все-таки придется съездить в город, позаимствовать плоды цивилизации. Игорь захохотал. Он уникальный отшельник. Такого еще не бывало, что вокруг нет ни одного человека не то, что на сотни километров. А на тысячи.

Tertiusfilius ©



Поиск по сайту

Подиум

Банк Тинькофф

Ваша реклама