Когалым - умный счётчик

schetchik

Фривольность четырнадцатая

Наше отделение «скорой медицинской помощи» располагается на первом этаже пятиэтажной малосемейки. Иногда я думаю – как эти бедные люди, живущие в доме, терпят нас – рычание машин под окном, хлопанье дверей, громкие разговоры? Ладно, днем, но ночью?

Из-за того, что мы занимаем всего лишь половину этажа, у нас в отделении очень тесно – нет комнаты отдыха, отдельных помещений для мужчин и женщин, да много еще чего нет. Даже комната, где мы принимаем амбулаторных больных, ( то есть, тех, кто пришли к нам своим ходом (вдруг мои строки попадутся на глаза человеку, далекому от медицины)), не является, строго говоря, таковой. Чего только в ней нет – и сухожаровой шкаф и емкости с дезинфицирующими растворами и биксы со стерильным материалом и тумбочка, в которой лежит запас медикаментов на выходные дни и еще много всякой всячины. Больным во время осмотра приходится ютиться на кушетке, накрытой старенькой клеенкой.

 

Каждый день это маленькое помещение, гордо именуемое «процедурным кабинетом» убирается, моется, в нем включается ультрафиолетовая лампа. Люди, которые делают в процедурке уборку, очень ответственно относятся к порученному им делу. Иногда даже, я бы сказал, сверхответственно. Иначе как можно объяснить тот факт, что часто после проведенной влажной уборки процедурная закрывается на ключ, который затем кладется в карман фельдшера, производившего уборку, а сам фельдшер благополучно укатывает на вызов, оставляя дверь запертой. Часто такое положение вещей приводит к довольно смешным, и не очень, случаям.

Событие, о котором я хочу рассказать, произошло в тот момент, когда в помещении нашей «скорой помощи» остались только я и диспетчер. Все остальные бригады разъехались по многочисленным вызовам. В это время к нам пришла довольно крупная женщина явно пенсионного возраста. «Внучек, опять желчный прихватил, не могу больше терпеть, выручи, сделай укольчик!» - обратилась она ко мне. «Раздевайтесь, проходите» - ответил я ей и взялся за ручку двери, ведущей в процедурную. Она оказалась запертой и ключ в замочной скважине отсутствовал. Тихонько матерясь про себя, я пригласил женщину в помещение для фельдшеров, не смотреть же ее в коридоре. После осмотра я усадил женщину на стул и предложил внутривенно ввести ей раствор «Баралгина». Она отказалась, мотивируя свой отказ тем, что боится внутривенных инъекций, а «Баралгин» ей лучше помогает, будучи введенным внутримышечно.

Как говорится – «желание клиента – закон», хочешь, что бы задница твоя болела – заполучи... Больная повернулась ко мне широкой спиной, наклонилась вперед, облокотилась одной рукой о стол, а другой сняла штаны, оголив свои ягодицы. Игла легко, словно нож в масло, вошла в податливое тело женщины, и я нажал на поршень, вытесняя лекарственный раствор из шприца.

Внезапно моя пациентка, словно породистая лошадь, вздрогнула, выпрямилась, затем как то странно передернулась всем своим немаленьким телом и пошла, нет, почти побежала от меня, на ходу поддерживая спадающие штаны обеими руками.

Я с удивлением, держа в руке опустошенный на три четверти шприц, смотрел, как из штанов пациентки вываливаются какие-то коричневато-серые комочки, с тихим чмокающим звуком падающие на пол и превращающиеся в красивые, с ровными краями «блинчики».

Я, не поверив своим глазам, наклонился ниже, что бы в деталях рассмотреть лежавшие на линолеуме «дары природы». В нос ударил резкий, давно позабытый запах. Точно так же благоухала огромная силосная яма на краю деревеньки, где давным давно я, еще маленьким мальчиком, гостил у бабушки с дедушкой. В памяти возникла яркая картинка – раннее утро, широко раскинувшийся густой ковер зеленой травы с частыми вкраплениями ромашек и васильков. Бабушкина Зорька, корова с большими, грустными глазами и белым пятном на левом боку, неспешно идет на выпас, подгоняемая деревенским пастухом Митяем, а из под ее хвоста низвергается своеобразный «водопад», трансформирующийся на земле в аккуратные лепешки, почти такие же, что ровной строчкой уходили из помещения фельдшерской в сторону туалета.

Вскоре женщина вернулась обратно. Она степенно открыла дверь, вошла, принюхалась, наморщила нос и произнесла недовольно – «Что то дух у вас, на «скорой», больно тяжелый!». Затем она наступила в один из «блинчиков» и со словами – «А это что у вас тут лежит?» - наклонилась к полу и застыла, пораженная внезапной догадкой.

«Ой!» - она слегка присела. «Ой!» - она всплеснула руками. «Ой!» - женщина схватилась за голову, развернулась и опрометью бросилась вон из комнаты. Через несколько минут она вернулась с тряпкой и стала энергично убирать следы своей «жизнедеятельности».

Все это время я стоял столбом, не зная, что мне надо было предпринять в этом случае.

Вскоре в фельдшерской вновь стало чисто и уютно и лишь только слабый, почти неуловимый «деревенский» аромат напоминал о недавнем происшествии...

Недостаточно прав для комментирования

Почтовый конверт

Ваша реклама

vasha_rek.jpg

Glopart.ru

Glopart.ru - Cервис моментального приема платежей и партнерских программ Glopart.ru. Начни зарабатывать сегодня. Выплаты до 100%

Нажмите сюда, чтобы присоединиться к сервису партнерских программ.

Магазин

Популярные товары со скидкой

Заработок

Кто мы?

Яндекс.Метрика